«Мы как в тюрьме». Теннисисты в ярости от карантина на Australian Open
Австралия готовится к новому сезону теннисного гранд-тура. Он традиционно откроется в Мельбурне, где пройдет первый турнир серии «Большого шлема» Australian Open. Ему предшествовали полгода жестких ограничений и запретов — в вопросе борьбы с пандемией Австралия пошла по пути строгого локдауна, что позволило держать график заболеваемости на рекордно низком уровне. Уже несколько месяцев в Австралии коронавирусом заболевают не более 20 человек в день, а последний летальный случай был зафиксирован 28 декабря.
Снижение темпа роста заболеваемости во многом стало возможным благодаря закрытию границ. Власти не стали делать исключений и для большинства массовых спортивных событий, проведение которых тесно связано с авиаперелетами в условиях большого пассажиропотока. По этой причине австралийцы заранее отказались от некоторых турниров, среди которых чемпионат четырех континентов по фигурному катанию, который должен был начаться в Сиднее одновременно с Australian Open — 8 февраля.
С «Большим шлемом» же власти намеренно пошли на риск. Причина — потенциальные доходы от турнира, несоизмеримые с другими соревнованиями, и статус. Отказавшись открывать большой теннисный сезон, местная федерация — Tennis Australia — могла дать повод для разговоров о переносе турнира в другую страну на постоянной основе. Ранее заинтересованность в нем проявляли Китай и Сингапур.
В итоге было решено провести соревнования, но со строжайшими мерами безопасности, которые у многих игроков не вызывают ничего, кроме злости, непонимания и приступов паники.
Мыши в номерах и отсутствие тренажеров
Оргкомитет запланировал доставить игроков в Австралию в период с 15 по 17 января на 18 самолетах, заполненность которых не превышает 20–30% от вместимости салона. Сами теннисисты были оповещены о задумке организаторов лишь за десять дней до прибытия на турнир. Ограничение заполняемости критически важно для спортсменов, ведь по правилам, установленным властями штата Виктория для всех участников Australian Open, в случае обнаружения коронавируса у любого пассажира на борту летевшие одним рейсом с ним теннисисты, тренеры, члены команд и другие официальные лица автоматически попадают в категорию контактных и отправляются на жесткий двухнедельный карантин. Некоторые теннисисты утверждают, что оргкомитет не предупреждал их об этом, другие говорят, что информация все же поступала. Так или иначе, сейчас в строгой изоляции пребывают 72 игрока, среди которых двукратная победительница турниров «Большого шлема» россиянка Светлана Кузнецова, чемпионка Australian Open-2016 немка Ангелик Кербер, финалистка US Open того же года чешка Каролина Плишкова и другие.
У остальных ситуация немногим лучше. Дело в том, что власти установили обязательный 14-дневный карантин для всех пребывающих на турнир. В отличие от «контактных» изолированных, им разрешено покидать номера по одному разу в день, но не более чем на пять часов (по два можно потратить на тренировки на корте и в зале, еще час — на питание). Все перемещения спортсменов тщательно отслеживаются, а спарринг-группы на тренировках расписаны заранее. В первую неделю карантина теннисисты могут практиковаться один на один только с определенным соперником, в дальнейшем тренировочную группу можно будет расширить до четырех человек.
Несмотря на возможность поддерживать форму, многие теннисисты все равно не согласны с карантинными условиями. Для прохождения изоляции организаторы забронировали три отеля, и каждый из них, очевидно, отличается по уровню сервиса. К примеру, находящаяся в жесткой изоляции казахстанская теннисистка Юлия Путинцева обнаружила у себя в номере мышь, но сотрудники отеля не смогли ничем ей помочь.
Муж и тренер россиянки Вероники Кудерметовой Сергей Демехин назвал себя и супругу «заложниками». Пара также находится на жестком карантине. «Мы сейчас, по большому счету, как заложники: у нас окно в номере не открывается, нечем дышать, если в глобальном плане подумать, мы можем звонить дипломатам российским и спрашивать, почему так. Мы как в тюрьме, но даже в тюрьме люди выходят дышать воздухом», — сказал он.
Француз Кантен Алис, также оказавшийся в «контактной» группе, рассказал, что за соблюдением теннисистами карантина следят полицейские. Согласно правилам, в случае нарушения карантина (как легкого, так и жесткого) и иных пунктов антиковидного протокола игрокам могут грозить штраф свыше $15 тыс., арест, депортация или конфискация всех заработанных на турнире призовых.
«Нас предупредили, что нужно быть очень осторожными, что нам грозят серьезные штрафы, если покинем изоляцию, но это нормально, — сказал он. — У них был чрезвычайно строгий карантин, они совершенно не готовы рисковать. Мы знали, что будет непросто, теперь, думаю, игроки все прекрасно осознают. Везде расставили полицейских — думаю, все игроки поняли важность мер и соблюдают правила. Но присутствие полицейских на каждом этаже может вызвать улыбку».
Другая российская теннисистка, Маргарита Гаспарян, рассказала, что в отеле, где живут топовые спортсмены, есть возможность организовать тренировочный процесс прямо в номере. Менее статусные игроки этого лишены. Кроме того, она раскритиковала сервис в своей гостинице.
«Одни игроки живут в одном отеле, хорошем, другие — вообще непонятно где, — сказала Гаспарян в интервью «Чемпионату». — Допустим, у меня в номере не открывается окно, уже три дня не могу просто подышать свежим воздухом, нас никуда не выпускают, у нас нет никаких приспособлений в номере типа велотренажера, каких-то резинок, хотя видела, многие выставляли фото и видео в Instagram, где видно, что у них есть какое-то оборудование. Так почему же у многих этого нет? Почему о топ-игроках больше позаботились?»
«Случилась катастрофа»
Спарринг-партнер россиянина Даниила Медведева испанец Роберто Баутиста-Агут назвал происходящее катастрофой. Он также добавил, что изоляция сказывается на психологическом состоянии игроков. Правда, спустя некоторое время испанец принес извинения за свои слова.
«Здесь все как в тюрьме, только с Wi-Fi, эти люди не имеют ни малейшего представления о теннисе, тренировочных кортах, вообще ни о чем, поэтому получилась катастрофа, — сказал он. — Все под контролем людей из правительства, а не Tennis Australia. Я тренировался в номере, но это не одно и то же, я чувствую большую усталость, не представляю, как можно в таких условиях провести две недели. В эти дни нам очень тяжело, надо много работать над психологией и сохранять желание играть».
На проблемы психологического характера пожаловалась и украинка Марта Костюк. «Днем у меня случаются приступы паники, было такое, что я просто сидела посреди комнаты и практически начинала плакать, потому что мне хотелось выйти на свежий воздух. Но по большей части все нормально, целый день я стараюсь занять себя тренировками», — сказала она.
Однако острее всего спортсмены отреагировали на особые условия карантина для трех лучших теннисистов и теннисисток мирового рейтинга. В отличие от всех остальных они отбывают изоляцию в другом городе — Аделаиде — с более мягкими антиковидными правилами. Им разрешается взять с собой пятерых членов команд (остальным — двух), тренироваться в зале сверх установленных пяти часов, а после окончания карантина с их участием будет организован специальный выставочный турнир, что фактически позволит им получить игровую практику и улучшить форму. Примечательно также, что у женщин третья квота из-за освобождения от карантина первой ракетки мира австралийки Эшли Барти досталась 11-му номеру рейтинга Женской теннисной ассоциации (WTA) американке Серене Уильямс, а не идущей на четвертом месте ее соотечественнице Софье Кенин.
Вероятно, за счет помощи топам организаторы рассчитывают окупить расходы на проведение турнира. Только на обеспечение карантина было потрачено не менее $30 млн, что с учетом повышения призовых на 11% (к примеру, каждый участник первого круга получит порядка $77 тыс.) и неопределенной ситуации с присутствием болельщиков на трибунах может вылиться в серьезные убытки, избежать которых можно лишь с помощью поддержания зрительского интереса за счет звезд.
И тем не менее расслоение вызвало критику не только среди тех, кто отбывает карантин в Мельбурне. Находящийся в Аделаиде серб Новак Джокович (первая ракетка мира) направил организаторам и властям штата Виктория список предложений по улучшению условий прохождения карантина. Он настаивал на обеспечении тренировочным инвентарем всех спортсменов, улучшении питания в гостиницах, разрешении видеться с тренером в случае отрицательных тестов на коронавирус и переселении максимально возможного количества теннисистов в частные дома с доступом к кортам. Но все предложения серба были отвергнуты.