«Я не хотел говорить об интимной проблеме». За что наказали Логинова

Фото: biathlonrus.com

Три главные даты дела Логинова

26 ноября 2013 года — за несколько дней до старта олимпийского сезона Александр Логинов сдал тест на допинг. Проба не была положительной, но вызвала подозрения — и ее решили исследовать новым методом, когда этот новый метод появится.

25 ноября 2014 года — вскоре после реанализа Международный союз биатлонистов (IBU) сообщил российской стороне (СБР), что проба дала положительный результат на рекомбинантный эритропоэтин.

10 июля 2015 года стало известно о дисквалификации Логинова до конца ноября 2016 года — то есть на два года с момента перепроверки пробы.

Проба «Б»

В декабре 2014-го спортсмен отказался от вскрытия пробы «Б» — фактически это означало признание вины: не оспаривался ни факт наличия запрещенных средств в организме, ни законность проведения процедуры. Оставалось решить, с какой даты отсчитывать срок дисквалификации.

Кто решал судьбу Логинова?

В состав комиссии вошли профессор юриспруденции Кристоф Веддер (председатель), адвокат Маркус Маннинен и врач Вальтер Фрай. Никого из IBU.

Больше того, на слушаниях в мае российская сторона и IBU просили одного: отсчитывать срок дисквалификации Логинова с момента первого анализа пробы. Пожалуй, это будет сюрпризом для тех, кто уверен: глава IBU, «злодей» Андерс Бессеберг хочет потопить русский биатлон. Не хочет.

Если бы просьбы IBU и СБР были удовлетворены, Логинов начал бы соревноваться меньше чем через пять месяцев.

Почему СБР и Логинов задержались с показаниями?

Не ключевая, но любопытная деталь. 2 февраля 2015-го председатель комиссии уведомил российскую сторону, что до 16 февраля Логинов должен сделать официальное заявление и также имеет право потребовать организацию слушания.

К истечению срока ответа из СБР не пришло. Комиссия (надо думать, удивленная) установила новый дедлайн — 25 марта.

24 марта ответ был кое-как составлен и отослан.

Простатит

В письме от лица Логинова сказано, что он не захотел «публично говорить об интимной проблеме — два года назад мне диагностировали острый простатит».

Далее спортсмен, ссылаясь на соревновательную занятость, рассказывает о невозможности лечения в больнице и о назначении амбулаторных процедур. По словам Логинова, болезнь обострилась в конце октября 2013-го — и тогда «друг, страдающий от той же проблемы, предложил биологически активную добавку».

«Из-за желания участвовать в предстоящих Олимпийских играх в Сочи, ради которых я упорно тренировался весь олимпийский цикл, взял эту биодобавку, но не знал, что в ней содержится запрещенный метаболит, который позже найдут в моей допинг-пробе. У меня не было намерения использовать запрещенные препараты, чтобы улучшить свои результаты и получить преимущество в соревнованиях».

Почему Логинову не поверили?

Мог ли Логинов в 21 год заболеть простатитом? Мог. Но комиссия не поверила в его версию, и вот почему:

— проба дала положительный результат на ЭПО — и не имеет значения, случайно он попал в организм или нет;

— Логинов не предоставил разрешения на использования препаратов по медицинской справке;

— Логинов не предоставил доказательств, что действительно болен простатитом;

— Логинов не назвал лекарство, которым лечил простатит;

— Логинов использовал препараты без разрешения врачей;

— нет доказательств того, что именно эти лекарства привели к положительной пробе;

— в день сдачи той самой положительной пробы в специальной форме для допинг-контроля Логинов указал, что принимает разрешенные поливитамины, Л-карнитин и милдонат. Ни о каком препарате, хотя бы отдаленно напоминающем лекарство от простатита, сообщено не было.

— Логинов заявил, что принимал биодобавки от простатита в виде таблеток — при этом ЭПО можно занести в организм только инъекцией.

Просто каскад нелепиц и нестыковок. На этом фоне даже «косметический вариант» Ирины Старых выглядит более-менее стройным и вменяемым. Комиссия отметила, что Логинов не признался в нарушении и даже попытался ввести ее в заблуждение.

Что требовалось от Логинова для смягчения наказания?

Сотрудничество с антидопинговыми инстанциями. Популярный пример — многократный чемпион мира по легкой атлетике Тайсон Гэй, который охотно сдал собственного тренера и получил символический год дисквалификации.

Если бы Логинов назвал фамилии причастных — кто инициировал, кто организовывал, кто давал добро — наказание бы однозначно смягчили. Но видимо, фамилии там такие, что в показаниях пришлось неловко отмахиваться простатитом, больным другом, препаратами, у которых нет названия, и таблетками, в которых нельзя занести ЭПО.